Navigation bar
  Print document Start Previous page
 126 of 272 
Next page End  

126
каждый конкретный рассказ рассматривался бы в терминах отклонений от этой базовой,
глубинной структуры.
Универсалии в искусстве проявляют себя далеко не только в том, что связано с
понятиями мифа, архетипа, устойчивых моделей повествования. В качестве художественных
универсалий можно рассматривать также дионисийское и аполлоновское начала в искусстве,
проявляющие себя, с одной стороны, в тяготении к импульсивности, спонтанности,
стихийности, чрезмерности, с другой — в ориентации на целостность, равновесие,
гармонию, порядок, прозрачную архитектонику. Безусловно, всеобщими
формообразующими принципами выступают и такие начала, как пластичность и
живописность, проявляющиеся в разных видах искусств. В живописи пластическое начало
выражает себя в преобладании рисунка, в литературе — в доминировании событийности,
сюжетности, в музыке — в превосходстве мелодической композиции над гармонической.
Живописное начало, напротив, являет себя в преобладании цвето-световой композиции над
линейной, в литературе — в ориентации на углубленный психологизм, внутреннюю
эмоциональность, в музыке — в доминировании гармонического начала над мелодическим.
Во всех этих случаях мы фиксируем наличие особых формообразующих начал, которые
существуют в культуре еще до момента рождения произведения и вторжение которых
способно определять характер его выразительности. Всеобщность универсалий искусства та-
кова, что не столько они принадлежат художнику, сколько художник им: власть их
продуктивно-созидательного потенциала проникает исподволь, рассеяна в особых интенциях
сознания и мифологии.
К числу художественных универсалий, безусловно, принадлежит и понятие стиля. Как
справедливо утверждал известный немецкий теоретик стиля Мейер Шапиро (19041992),
стиль не есть то, чем обладает искусство, стиль есть то, чем искусство является. Понятие
стиля по самой своей природе свидетельствует о существовании устойчивого
конструктивного принципа в менталитете любого типа. Исследователи говорят не только о
стиле искусства, но и о стиле жизни, стиле культуры. Любому стилю присущ
«империализм конструктивного принципа» (Ю.Н. Тынянов); раз найденные композици-
онные и языковые приемы, если они адекватны самосознанию той или иной эпохи,
стремятся расшириться, распространить свое господство не только на другие виды искусств,
но и на все формы деятельности человека: на способы его восприятия, переживания, об-
щения, чувствования. Стиль является видимым знаком единства искусства, в стиле культура
заявляет себя как целое.
Не только художественному творчеству, но и всем другим видам человеческой
деятельности присуще особое стремление образовывать выразительные и связанные
структуры. Тот или иной стиль, действующий в рамках разных эпох, есть не что иное, как
совокупность отдельных приемов, преследующих цель достижения нужной выразитель-
ности и образующих устойчивую поэтическую формулу со своими постоянными
элементами. Выразительными средствами стиля говорит не только искусство, но и сама
эпоха. Стиль — это язык, обеспечивающий проникновенное единство всех способов
чувствования, мышления, поведения, творчества, мировосприятия в культуре. «Совершенное
искусство, — приходит к выводу Шапиро, — возможно в любом стиле и на любой сюжет».*
Речь идет о том, какие способы толкования мира, приемы его поэтического претворения
эпоха будет мыслить как художественно совершенные и одновременно как имманентные
своей сути. Внутренняя природа того или иного стиля уже наделена содержательностью
особого качества. Основополагающие приемы культурного и художественного видения
эпохи всегда есть следствие ее предельного видения и оборачиваются особой трактовкой
самой себя. Каждая эпоха, опредмечивая себя в стиле, предстает осуществлением только ей
присущей иерархии ценностей.
* Шапиро М. Стиль//Советское искусствознание. 1988. ¹ 24. С. 392.
Сайт создан в системе uCoz